Новый этап в отношениях с миром
Джон Эдвардс
  
Из Foreign Affairs, сентябрь/октябрь 2007

 

Краткое изложение: В свете того, что Ирак разгромлен, мы должны восстановить репутацию Америки, чтобы она вновь стала во главе нравственности, и возобновить связь с миром.  Мы должны перешагнуть ничего не значащий слоган «бой террору» и создать истинно национальную политику безопасности, основанную на надежде, а не на военных действиях. Только в этом случае Америка снова станет мировым светочем.

 

Джон Эдвардс, бывший сенатор Южной Каролины, США, является кандидатом в президенты от Демократической партии.

 

На рассвете нового тысячелетия и на пороге новых президентских выборов, США сегодня должны поднять нравственную планку, которая определяла нашу внешнюю политику на протяжении почти всего прошлого столетия.

 

Мы должны двигаться дальше, оставив позади разрушения, оставшиеся после самого значительного стратегического поражения в истории США: войны в Ираке. Вместо того, чтобы отталкивать другие страны утверждениями о неуязвимости и требованиями повиновения, как это делает нынешнее правительство, внешняя политика США должна осуществляться за счет заключения новых связей. Мы должны вспомнить нашу историю, полную  отваги, свободы и щедрости. Мы снова должны стать во главе нравственной традиции, охватывающей проблемы, начиная с убийств в Дарфуре и заканчивая глобальным обнищанием и климатическими изменениями. Мы должны восстановить связь с нашими союзниками по острым вопросам безопасности, включающим терроризм, ситуацию на Среднем Востоке и распространение ядерного оружия. Мы должны уверенно и решительно пересмотреть политику по отношению к странам, которые представляют для нас опасность, это Иран и Северная Корея. И, в конечном счете, наше правительство должно вновь сотрудничать с населением страны, чтобы восстановить репутацию мирового нравственного светоча, подчеркивая нашу уверенную надежду и оптимизм, и взывая к обязательствам и храбрости граждан осуществить намеченное. Мы должны вести за собой мир, демонстрируя силу наших идеалов, а не запугивая тех, кто их не разделяет.

 

Прошлый век стал свидетелем невероятных улучшений условий жизни человечества – начиная с увеличения уровня экономического благосостояния и заканчивая распространением прав человека и появление настоящего мирового содружества. Но этот же столетие принесло нам две разрушительные мировые войны, смерти миллионов и холодную войну, свидетелями которой стали два поколения, и , которая могла положить конец всему человечеству. Новый век также принесет как обещания, так и угрозы. Нам следует ожидать фантастических технологических  инноваций в сфере средств связи, в медицине и расширение мировой экономики, что сделает возможным миллионам людей перешагнуть черту бедности, а так же повысить уровень жизни рабочих на родине и за границей.

 

Но мы должны приготовиться  столкнуться с миром, полным новых опасностей: увеличение количества людей, которые станут отрицать сами основы хода нашей жизни, последствия  глобального изменения климата и возможности того, что опасные технологии попадут не в те руки. Мы можем вести мир, преодолевая эти трудности, так же как США вели за собой мир, преодолевая вызовы прошлого века. Но мы сможем сделать это только в случае, если вернем к себе доверие и уважение тех стран, в чьем сотрудничестве мы нуждаемся,  но, волю которых мы не можем подчинить.

 

 

Восстановление репутации Америки

 

 

Первым испытанием этого века, выпавшим на долю правящих сил, стали взрывы 11 сентября 2001 года. Когда США подверглись атакам, весь мир стоял за нас. Мы бы могли добиться политики пересмотра отношений с миром, но мы пренебрегли этой поддержкой и своими действиями оттолкнули друзей и союзников. Недавние социологические исследования показали, как рейтинг США с треском обрушился во всем мире в период с 2000 по 2006 год. Это падение стало особенно опасным в мусульманских странах, стратегически важных для США, таких, как Индонезия, где наш рейтинг снизился с 75 % до 30%, и Турция со снижением с 52% до 12%. Попытки Америки распространить демократию так же пострадали. В 33 из 47 стран, где работает нас исследовательский центр, подавляющее большинство населения вырази недоверие американским демократическим идеям.

 

Нам нужна другая тропа, которая привела бы нас к отношениям с миром на новом уровне и восстановлению нравственного авторитета США среди стран содружества. Президент Гарри Трумэн однажды сказал: «Не одна страна не сможет самостоятельно восстановить мир. В содружестве страны смогут противостоять агрессии и объединить усилия свободных граждан с цель обеспечить светлое будущее для всех людей». На протяжении пятидесяти лет, президенты, начиная с Трумэна и Дуайта Эйзенхауера и заканчивая Рональдом Рейганом и Биллом Клинтоном, заключали надежнее союзы и заручались еще большим уважением в мире. Мы добились этого уважения, рассматривая нашу армию не как убийственную силу, но как средство в защите системы законов и институтов, которые давали надежду миллиардам людей по всему миру. Избегая соблазна  править империей, мы ускорили падение коррупции и зла в Советском Союзе. Мораль такова, что мы не можем быть только воинами; мы должны быть также мыслителями и лидерами.

Таким образом, продумывая национальную систему безопасности в новом тысячелетии, мы должны задаться следующими вопросами: Мы действительно отказываем нашим врагам в том, что они ищут? Делаем ли мы все возможное для победы не только в вооруженной войне, но и в борьбе идеалов? Боремся ли мы со страхом, который посеяли наши враги, взращивая семена надежды?

 

Это больше, чем желание убедить людей полюбить нас. Было время, когда президент обращался не только к американцам – он говорил со всем миром. Люди, живущие за тысячи миль, собирались, чтобы послушать человека, которого они без иронии называли «лидером свободного света». Мужчины и женщины в оккупированной нацистами Европе, толпились у радио, чтобы послушать президента Франклина Рузвельта. Миллионы приветствовали президента Джона Ф. Кеннеди в Берлине, когда он сказал: «Ich bin ein Berliner». Миллионы людей, заключенные за Железным занавесом, в тайне приветствовали тот день, когда президент Рейган заявил: «Мистер Горбачев, снесите эту стену!» Даже если эти простые люди не всегда соглашались с нашей политикой, глядя на нашего президента, они видели личность – и нацию – которой можно доверять. В наше время, при действующем правительстве, этого не происходит. На рассвете нового столетия жизненно важна победа наших идеалов в мире. Мы должны достучаться до простых людей как в Египте, так и в Индонезии, и убедить их, снова, что США это сила, достойная восхищения.

 

За кулисами «войны с террором»

 

Не подлежит сомнению, что мы должны давать отпор террористическим группам таким, как Аль Каида, используя все ресурсы нашей военной мощи. Как главнокомандующий, я без колебаний применю результаты работы наших органов управления безопасностью, чтобы защитить наши жизненные интересы, искоренить террористические базы и эффективно и упорно бороться с теми, кто пытается навредить нам.

 

Мы должны проводить наступательную политику, как на терроризм, так и на его последствия. «Война с террором» получила обратный эффект, доведя нашу армию до предела, и тем самым, позволив терроризму внушить еще больше ужаса. «Война с террором» - это слоган, придуманный для политиков, а не стратегия, направленная на безопасность США. Это ярлык, а не план действий. И что хуже всего, «война с террором» потерпела фиаско. Вместо того, чтобы сделать США безопасным местом, она стала искрой для разжигания террористического движения – что мы можем наблюдать в Ираке – и отняла у нас союзников.

 

Несомненно, что снижение уровня безопасности в наши дни стало последствием политики, проводимой правительством. Правительство Буша привело США прямиком в западню террористов. Выставляя эту борьбу против экстремизма в качестве войны, мы укрепили сторонников джихада во мнении, что мы хотим захватить мусульманский мир, и что существует «конфликт цивилизаций», настраивающий Запад против ислама. После Гуантиснамо и Абу Граиба «война с террором» трагическим образом превратилась в афишу привлечения на военную службу, чего и добивалась аль Каида. Вместо того, чтобы устанавливать связь с людьми по всему миру, мы слишком многих отдали в лапы терроризма. Кстати, определяя текущую борьбу с радикальными исламистами как войну, мы недооцениваем вызов, перед лицом которого мы стоим, предполагая, что бой против исламистского экстремизма достаточно выиграть на ратном поле.

 

 

По этой причине многие генералы и эксперты по национальной безопасности раскритиковали подход президента  в лице «войны с террором». Отставной генерал военного флота Энтони Зинни заявил, что это война является антипродуктивной доктриной. Такого же мнения придерживается правительство одной из наших ближайших стран-союзниц.  Новый премьер министр Британии, Гордон Браун, отказался от этого термина. Адмирал Вильям Фаллон – глава  центрального командования США – проинструктировал своих подопечных не делать заявлений, что мы ввязались в «длительную войну». Эти лидеры знают, что нам нужна сущность, а не слоганы.

 

Лидирующие республиканцы отозвались эхом на этот слоган. Бывший секретарь безопасности, Дональд Рамсфельд, в марте этого года заявил, что сожалеет об этой доктрине.  «Это не война с террором», ясно прокомментировал он журналистам. Между тем, бывший мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани странным образом позабыл, что в марте сказал о неэффективности «войны с террором», так как «Америка воспринимается большинством как страна, которая хочет ввязаться в войну или злоупотребить своей силой, и что мы оказываем слишком большое давление».

 

Но политика внушения страха все еще кажется привлекательной. Некоторые решили осмеять тех, кто подвергает сомнению «войну с террором» как нежизнеспособную концепцию. Но эти нападки открывают истинное значение слогана: это политическая кувалда, которая подавляла споры и оправдывала методы, которые в противном случае стали бы неприемлемыми.

 

Наши враги извлекают пользу из-за того, что количество населения в США снижается. В соответствии с недавней статьей бывшего официального лица ЦРУ Брюса Ридела, опубликованной в журнале, аль Каида развернула действия не только в Афганистане, Ираке и Пакистане, и в Европе. Недавний отчет, сделанный национальным антитеррористическим центром, подтверждает, что аль Каида вновь приобрела силу, как и в период атаки 11 сентября. Из-за неэффективной политикой администрации Буша Иран заявил о намерении расширения ядерной программы. При этом в выгодном положении оказались и другие силы. Китай, получает выгоду от снижения уровня популярности США и разрабатывает свою «мягкую силу». А Россия запугивает своих соседей и открыто бросает вызов США и Европе.

 

Деятельность наших правоохранительных органов, специалистов в сфере безопасности и разведки должны вознаграждаться и почитаться за предотвращение таких действий, как недавний замысел напасть на  Джона Кеннеди  в Международном аэропорту в Нью-Йорке. Но мы не должны уповаться этими тактическими победами, которые могут заслонить нам картину на более опасные угрозы. В апреле государственный департамент в своих отчетах продемонстрировал, что количество террористических актов возросло на 29% за время с 2005 по 2006 год, при этом большинство из них пришлось на Ирак и Афганистан. Мы должны сфокусировать нашу национальную систему безопасности на защиту Америки от угрозы двадцать первого века, а не следовать ненадежным программам. Мы нуждаемся не в слоганах, а в разноплановой стратегии, способной противостоять терроризму и предотвратить его укоренение. Эта стратегия должна переступить пределы «жесткой силы» и «мягкой силы». В центре нашей национальной системы безопасности должна стоять «разумная сила».

 

 

Новый век – новый вызов 

 

Противостояние вызовам нового века повлечет за собой силу, креативность и нравственное лидерство. Новое столетие принесет новее попытки «негосударственных» актеров, простирающиеся от террористических организаций до этнических движений на местном и региональном уровнях, для пересмотра государственных границ, юрисдикции международных организаций и господства международного права. Мы столкнемся с нестабильностью, исходящей из слабых и неразвитых государств, и с постоянными вызовами, брошенными нашим усилиям установить демократию. Одни выборы погоды не сделают; новым демократиям необходимо вырастить конституционную систему управления, укрепить систему общественных институтов, плюрализм и уважение к свободной прессе и законам. В конце концов, изменения 21 века, как климатические, так и пандемические, внесут дополнительную напряженность. Апрельский доклад, написанный группой из 11 офицеров в отставке, включая бывшего главнокомандующего офицерским составом, генерала Гордона Саливана и бывшего командующего CENTCOM генерала Зинни, освещает проблему связи потенциальных климатических изменений с мировой нестабильностью. Это может повлечь за собой конфликты из-за сокращения природных ресурсов, ослабления государств, увеличения количества пострадавших от природных катаклизмов, быстрого распространения болезней и голода. Наша задача быстро среагировать на данную угрозу.

Реформирование мира нужно начать с прекращения военных действий в Ираке. Проблемы Ирака глубоки и опасны, но их нельзя решить военным вмешательством. Весь год я отстаивал немедленное выведение 40 – 50 тысяч американских солдат из Ирака, что должно было повлечь за собой полное приостановление военных действий. Раз уж мы находимся далеко от Ирака, Соединенный Штаты должны приложить максимум усилий и войск, чтобы предотвратить геноцид, гражданскую войну или установление господства Алькаиды. Скорее всего, нам нужно будет послать силы быстрого реагирования в Кувейт и усилить морской контроль  в зоне Персидского Залива. Для охраны американского посольства и американских подданных в Багдаде, непосредственно в Зеленой зоне,  нужно иметь силы. В конце концов, для обеспечения безопасности в Ираке Америке нужно восстановить прочные дипломатические отношения со всем остальным миром, включая Ближний Восток и наших союзником в Европе. Все эти меры помогут нам наконец-то закрыть страницу терроризма и открыть новую.

А противостоять этим вызовам можно не только при помощи военного вмешательства, а также при помощи дипломатии. Только немногим странам необходимо нравственное лидерство Америки больше, чем Судану. В трудной ситуации миротворческие силы Африканского Союза проявили смелость и выдержку. Но эти 7000 человек не смогли защитить  гражданское население и предотвратить огонь в 2004 году, поэтому система безопасности потерпела фиаско. Полагаю, Президент Буш проведет срочное заседание НАТО, где будет рассматриваться вопрос о развертывании 3000 отрядов ООН и оказании финансовой, тыловой и стратегической помощи. НАТО должно закрыть воздушное пространство для предотвращения снабжения и прекращения работы суданского правительства, бомбящего мирное население в Дарфуре. Государства – члены НАТО также должны наложить новый спектр многосторонних санкций на правительство Судана и заморозить иностранные вклады лиц, подозреваемых в геноциде. США нужно принять решительные меры по созданию активов американских военных сил – воздушные потенциальные возможности, тыловая поддержка и разведка – для оказания помощи миротворческим группам Африканского Союза и ООН в Дарфуре. Со своей стороны нам необходимо оказывать давление и влиять на другие страны, такие, например, как Китай, чтобы они более ответственно подходили к поиску путей прекращения этого конфликта.

Нам нужно пересмотреть свои обязательства и положения дипломатии, чтобы иметь возможность решать проблемы до их возникновения, а не после. Только в таком случае возможен прогресс и даже доверие. Президенты Кеннеди и Рейган в самый разгар холодной войны вели переговоры с лидерами Советского Союза, в обоих случаях предотвращая угрозу нашей национальной безопасности. Мы должны сделать тоже самое с Иранскими и китайскими лидерами.

   Иран представляет собой угрозу Соединенным Штатам. Президент Махмуд Ахмадинеджа является опасным радикалом и ярым сторонником Хезболлы и Хамаса. Он постоянно повторял, что Израиль будет уничтожен с лица земли, а в декабре он выступил спонсором конференции в Тегеране. Ирану нельзя позволить обладать ядерным оружием.

К сожалению, под руководством этой администрации ситуация в Иране только ухудшилась. Учитывая такую серьезную угрозу, президент должен прибегнуть к любым мерам – дипломатия, санкции, интеграция или даже военное вмешательство. Когда мы говорим о неприемлемости какого-либо шага, мы должны это и иметь ввиду и развивать, а не размышлять над стратегическим планом действий. Например, мы должны сделать все возможное, чтобы изолировать иранского лидера, убрать его из страны. Нам нужно сдерживать стремление Ирана владеть ядерным оружием, прибегнув к дипломатии, которая, спустя время, заставит эту страну понять, что международное сообщество не позволит проводить эти испытания. Каждый союзник США согласен с тем, что владение Ирана ядерным оружием будет угрозой всемирной безопасности. Нам следует продолжать работу, чтобы в дальнейшем предложить Тегерану экономические стимулы за хорошее поведение. В то же время, мы должны использовать более серьезные экономические санкции для сдерживания правительства Ахмадинеджа в случае, если он откажется сотрудничать.  Чтобы это сделать, нам нужно сотрудничать с Ираном непосредственно. Такая дипломатия - ни подарок, ни уступка. Недавно правящей администрации удалось провести переговоры с Ираном, где обсуждалась проблема Ирака. Администрации нет смысла вовлекать Иран в данный конфликт самостоятельно, также как и игнорировать страну.

В Северной Корее вступило в силу недавно принятое соглашение закрыть ядерный реактор Йонгбун в обмен на восстановление замороженных инвестиций – хотя и давно пора. Это прямое доказательство, что принцип кнута и пряника работает. Однако, слов Пьйонгуяна недостаточно. Для дальнейших действий мы должны заручиться поддержкой. Мы должны непосредственно работать с правительством Северной Кореи, предоставляя им ряд экономических и политических стимулов в обмен на точное и полное ядерное разоружение страны. 

На самом деле, для более широкого и систематического подхода к противостоянию самой опасной угрозе нового столетия – распространению ядерного оружия – нужно новое руководство. В устройстве мира, свободного от ядерного оружия, США должно стремиться к укреплению международных анти-ядерных организаций, а не игнорировать их. Правила и организации, на которые мы полагаемся, уничтожают или изолируют негативные факторы, предоставляя сильные аргументы для достижения поставленных задач. В настоящее время в данных организациях лишком много проколов и пробелов. Мы должны создать новый Международный Ядерный договор, поддерживающий Международное соглашение о прекращении распространения ядерного оружия, который будет поддерживать мирные ядерные программы, повышать безопасность хранения ядерных отходов и вероятность того, что отходы не будут использоваться. Нам также следует остановить торговлю опасными технологиями и увеличить финансирование антиядерных программ в бывших республиках Советского Союза. В конце концов, мы должны усилить способность нашего народа выделять и отвечать угрозе распространения ядерного оружия путем реформирования  способов добычи и анализирования данных разведки и путей ее снабжения.

Цунами в Юго-Восточной Азии 2004 года, шаткое положение правительства в Афганистане и необходимость преобразования инфраструктуры в Ираке имеют много общего – они представляют собой ряд проблем, которые Соединенные Штаты должны решить. В ближайшие годы нам придется столкнуться с растущей необходимостью стабилизации ситуации в слабых государствах и с предоставлением гуманитарной помощи жертвам природных катаклизмов по всему миру.

Люди нуждаются в помощи, хотя эта миссия и опасна, и дорогостояща. Они требуют больших ресурсов, знаний, начиная от специалистов по очистке воды и заканчивая медицинскими работниками, судьями, банкирами и биржевым экспертов. Помощь таких специалистов нужна в большинстве случаев. Все-таки правительство США не готово к оказанию такой помощи. И как результат, при возникновении таких проблем правительство обращается к единственному государственному институту, имеющее востребованные тыловые способности -  военному. Но у системы безопасности не хватает ресурсов для успешного преодоления конфликта. Для решения этой проблемы, в первый год моей работы в администрации президента я организую отряд Маршала, названный в честь нашего великого госсекретаря – генерала Джорджа Маршала. Отряд Маршала, созданный по образцу военных отрядов, будет состоять из 10 000 специалистов по гражданским вопросам, которые могут быть посланы в другие страны для восстановления, стабилизации и оказанию гуманитарной миссии. Они будут идти в первых рядах американской модели реформирования мира.

 

 

Пересмотр соглашений с главными силами мира

 

В новом столетии вновь возникающие или уже существующие силы будут бросать все новые вызовы Соединенным Штатам Америки. Нам придется объединять растущие силы в миролюбивую международную систему, убеждая их  в том, что они могут как извлечь выгоду, так и   сделать свой вклад. Это значит, что наши важнейшие всемирные организации, такие как G – 8, смогут принять новых членов. Мы также должны стремиться установить прочные дипломатические отношения с давними союзниками, включая Соединенное Королевство Великобритании, Японию и преобразующийся Европейский Союз, а также возобновить давно забытые отношения с нашими соседями из Латинской Америки. Мы должны быть рядом с  нашим союзником и партнером Израилем, обеспечивая его безопасность и делая все возможное для установления мира и стабильности в регионе.

Среди прочих стран, Китай, Россия и Индия будут подвергать испытанию лидерство США. Китай развивает уникальную экономическую и политическую систему с авторитарными элементами и элементами свободной торговли. Для Соединенных Штатов эта нация является важным и значительным торговым партнером, делающим значительные вклады в государственную казну. Но Китай также является и растущим экономическим соперником, сотрудничающим со странами с богатыми энергетическими ресурсами, что может привести к конфликту по вопросам безопасности. Отношение Китая к Ирану и Судану является ярким примером. В общем, американо-китайские отношения очень деликатные, и правящая администрация не очень справлялась с поставленной задачей. В ближайшие годы влияние и важность Китая будет только расти. В вопросах, касающихся торговли, климатических изменений и прав человека нашей целью является склонение Китая к принятию правил, управляющими нациями.

Россия представляет собой несколько иную проблему. Ситуация в России ухудшается, демократия в упадке. Президент Владимир Путин первым привел будоражащий пример воинственной риторики против Америки и пригрозил выйти из договора. Президентский переход, запланированный на следующий год будет заключаться в критическом анализе российской демократии и закона. Несмотря на все разногласия, Россия в качестве экономического партнера, стабилизирующего влияние враждебных стран, таких как Иран, предоставляет значительные возможности для США. В прошлом году в Министерстве иностранных дел я общался с бывшим конгрессменом от республиканской партии Джеком Кемпом; и мы пришли к выводу, что Соединенным Штатам лучше начать новую эпоху выборочного сотрудничества с Россией по  конкретным вопросам, таким как Иран, энергия и ядерное оружие, чем продолжать раздор и вмешиваться в такие вопросы, как рост авторитаризма в России и потенциальное сотрудничество России и Китая. Перед нами стоит важнейшая задача – вовлечь Россию в западный политический поток  при помощи длительного  обязательства, а если нужно, то и при помощи дипломатического и экономического давления.

  Я видел своими глазами, что Индия является одной из самых богатых сокровищниц мира. С ее великой историей, удивительными людьми и богатой культурой, у Индии есть уникальный потенциал. Америке повезло с индийским партнером, поэтому мы должны укреплять нашу дружбу и общие ценности. Индия – это страна, столкнувшаяся как с позитивными, так и с негативными аспектами нашего глобализированного мира. Она достигла значительного экономического роста от простого доступа к технологиям и информации. Все-таки страна борется с проблемами СПИДа, бедностью и терроризмом, которые проявились в Нью Дели в конце 2005 года. Соединенные Штаты и Индия – союзники, и американо-индийское стратегическое сотрудничество поможет сформировать 21 век. Мы также должны усилить наши отношения, прибегнув к национальным и международным принципам: реформировать ООН и предоставить Индии место в Совете Безопасности, помочь Индии разработать план по разграничению ее гражданских и военно-ядерных программ. В таком случае США будет легче разобраться с энергетическими проблемами страны, что укрепит американо-индийские отношения.

 

Создание сильной обороны

 

За последние несколько лет военно-гражданские отношения потерпели крупнейший кризис. Ошибки в управлении вооруженными силами были настолько серьезными, что большинство награжденных знаками отличия отставных офицеров говорят о них во всеуслышание. Я намерен восстановить вооруженные силы с помощью основной доктрины управления национальной безопасностью, которая была разрушена нынешней администрацией: профессиональные военные будут нести главную ответственность в вопросах тактики и военных операций, в то время как гражданские лидеры будут иметь власть над политическими решениями и во всех вопросах широкой стратегии.

Структура наших военных сил должна соответствовать своей миссии. Мы должны четко видеть военные цели. Перед вооруженными силами США стоят три важных миссии: сдержать или противостоять тем, кто хочет причинить нам вред, позаботиться о том, чтобы проблемы слабых и приходящих в упадок стран не создавали опасности для США и сохранить наше стратегическое преимущество над основными конкурентами таким образом, чтобы они сотрудничали с нами, а не оспаривали наши интересы военным путем.

Нынешнее управление вооруженными силами далеко ушло от этих целей и привело к очень опасной ситуации для наших войск, семей военнослужащих и нации. Менее, чем через год мы снова посылаем войска в Ирак. Военные лидеры предупреждают о возможном поражении наших войск. Однако, для политиков заманчиво в этой ситуации попытаться превзойти друг друга по численности войск, добавленных к вооруженным силам. Некоторые не могли устоять перед недавним предложением Президента Джорджа Буша увеличить войска до 92000 до 2012 года, при этом, не давая логического обоснования, для чего именно нам нужны эти мужчины и женщины, учитывая возможный вывод войск из Ирака. Но проблема структуры наших вооруженных сил не лучшим образом связана с игрой в числа. Мы должны больше задумываться над тем, для чего будут использованы наши войска. Понадобятся годы для набора и тренировки любого увеличенного количества войск, и поэтому они не помогут нам сегодня в Ираке.

Как президент, я намерен сбалансировать вооруженные силы так, чтобы их численность и п